Герои
Оружие
Огнекрылый Феликс (Blazewing-Felix)
Наносит 800% урона по цели, накладывает на всех союзников щит, равный 50% от здоровья заклинателя, и оглушает всех противников эффектом «Искра» на 2 хода.
«Искра»: Снижает урон от навыков на 8% на 5 ходов, складывается до 5 раз.
Пассивный эффект: При получении урона наносит 350% урона атакующему и имеет 50% вероятность наложить эффект «Искра».
ур. 2: Урон +75%, Щит +5%
ур. 3: Урон +75%, Щит +5%
ур. 4: Урон +75%, Щит +5%
ур. 5: Урон +75%, Щит +5%
ур. 6: Урон +75%, Щит +5%
ур. 7: Урон +75%, Щит +5%
Пробуждение
Эффекты
Знаки
Атрибуты (ур. 200)
История
Глава I
С тех пор как Феликс покинул Муспельхейм, он умер уже семь раз. Каждый раз, когда его разрывали на части, ему приходилось собирать себя заново из последних искр остывающего пламени, превозмогая боль. Годы, проведенные с Локи, обернулись чередой падений и разочарований. Он умирал ради смертных, умирал ради «славы» богов, каждый раз превращаясь в пепел. С каждым возвращением его прежнее видение Вальгаллы тускнело, теряя остатки своего сияния. Наконец он увидел себя ясно: не избранный герой, а существо, проклятое существовать без покоя. Сурт не зря смеялся над ним. Вера, за которую он держался, никогда не была настоящей.
Глава II
С Локи в роли проводника Феликс наконец ступил в Вальгаллу, но не нашел там ни пира, ни славы, ни радушного приема. Лишь разрушенный купол, холодный сквозняк и оружие, ржавеющее в тишине. Там вера, что возрождала его из огня восемьсот лет, наконец рухнула. Сурт говорил правду. «Святая миссия» была всего лишь сказкой, которую боги рассказывали, чтобы сохранить свою власть. Феликс рухнул в пыль и закричал. Крик, вырвавшийся из него, не был птичьим пением – это была обнаженная ярость. Внутри него золотисто-красное пламя вспыхнуло чем-то жестким и ослепительным: огнем мести, загоревшемся в тот самый миг, когда он по-настоящему пробудился.
Глава III
Феликс оставил Локи и решил вернуться туда, где все началось: в Муспельхейм, царство огня. Он намеревался встретиться лицом к лицу с тем, кто разрушил его веру. Дорога домой была настоящим испытанием. По всем Девяти мирам его поджидали темные силы, враждебные богам, и он прорубал себе путь через них. В бою его крылья закалились, став прочными, как сталь, а пламя больше не просто сияло – оно стало орудием убийства. Когда он вновь оказался у края плавящегося озера, от растерянной молодой птицы не осталось и следа. На ее месте стоял воин, выкованный из огня.
Глава IV
Сурт ждал у порога Муспельхейма, словно ожидая прибытия Феликса. Феликс сказал лишь то, что имело значение. Он выхватил меч, созданный из перьев его собственного хвоста, и направил его прямо на великана: «Сурт, ты разрушил мою мечту». Сурт презрительно усмехнулся, и лава откликнулась. Его пылающий меч вспыхнул, и битва началась без промедления. Золотисто-красное пламя мести столкнулось с багряным пламенем разрушения в небесах над огненным царством. Феликса раз за разом разрывало на части, и каждый раз, когда пламя воссоздавало его, он все глубже прорывал защиту Сурта своим мечом.
Глава V
Наконец сражение утихло. Феликс стоял над Суртом, прижав меч к горлу великана, но не нанес удара. Он отвел меч, и последние сомнения исчезли. Осталась лишь решимость: «Убить тебя – не моя цель». Он расправил крылья, и золотисто-красное пламя взревело, устремляясь ввысь и заливая темное царство светом. «Я бессмертен. Я – цикл. Я стану последним свидетелем Асгарда. Теперь я горю не ради богов и не ради демонов – только ради себя». И он взмыл в небо, словно огненная комета. Наблюдая, как он исчезает, Сурт гордо улыбнулся: «Лети, феникс. Обрати этот застоявшийся мир в пламя».